В самих себе мы - дикая вода, не знающая музыки и слова. Над нею жизнь проходит без следа, без всякого прибытка и улова. Она нема, она глуха, как сон, по ней скользят событья-водомерки. И если мир в ней как-то отражён, то это просто судорога ветки
и всплеск огня, и детский влажный рот, скользнувший над, смеющийся, и снова приходит смерть – и тут вода встаёт, перетекая в музыку и слово.