. * * * Под вечер в посёлке включают метель, разводят русалок в алмазных окошках. Забыв про учебники, бросив портфель, сидишь на печи с громогласною кошкой . Сдвигаются с места равнины, луна, солдаты атьдвакают, голуби бредят, раскинулись девки и море вина, совсем ни к селу Фудзияма видна! А печка всё едет и едет, и едет… * * * Не выси снежные Монблана, не Синей Бороды дворец, не хор районных ветеранов, где выступает мой отец, — зовут меня из темноты, хватают за одежду цепко цветок куриной слепоты, упавшая в траву прищепка. Вечеслав Казакевич
