"Много годов я выжил!.. Много начальников видел! Жив есмь!"
"Правда, что заварилась какая-то каша насчет трезвости, устности и гласности, но каша так и осталась кашею.
Правда, что появилось множество неслыханных прежде промышленных обществ, но действия их ограничивались доселе только невыдачею дивиденда простодушным акционерам.
Правда, что появилось множество разнообразнейших комиссий и комитетов, которые как будто намереваются перевернуть вверх дном вселенную, но действия их доселе даже и не ограничивались, а как-то лезли все вширь да вглубь, да ввысь, так что вряд ли когда-нибудь и насладишься плодами их."
"Итак, галиматья осталась, но галиматья, возведенная в перл создания"
(очерк "Наш губернский день" 1862)
"Прогресисты -- люди восторженные и чувствительные. Уста их легко наполняются болтовнею, сердца -- вздохами, глаза -- слезами. По самомалейшему поводу они готовы воскликнуть "ныне отпущаеши... ", но с тем, однако ж, чтоб их не отпустили. И так как их действительно не отпускают (это в своем роде люди полезные, ибо ими гнилые заборы подпирать можно), то восторженность их сердец идет всё crescendo и crescendo и под конец даже не всегда остается в пределах опрятности"
"Кусок" -- это главное для прогресиста" "Никто не видел, чтобы прогрессист когда-нибудь чем-нибудь поступился, чтобы он усовершенствовал свою чувствительность до того, чтобы выпустить "кусок", который он раз защемил зубами"
"Они постоянно скорбят и постоянно выставляют себя последним убежищем, не выражая ясно, чего именно, но давая почувствовать, что чего-то очень хорошего"
"Начинаются бесконечные разговоры о каком-то знамени, которое следует держать твердо и бодро, и не менее бесконечные инсинуации насчет неблагонадежных элементов, наплыв которых якобы не следует допускать..."
("Итоги" 1871)
М.Е. Салтыков-Щедрин