galchi (galchi) wrote,
galchi
galchi

День памяти поэта Сергея Владимировича Петрова

биография

* * *

Я сам себе родник, источник, ключик
(тюремный замок и кривой замок).
Я вылился. И от дождей колючих
озяб душой (и до ума промок).

А ум лежит огромною утробой.
Укладкой бабушкиной! Сундуком!!
Попробуй-ка открыть себя! (Попробуй,
и будешь всем и всюду незнаком.)

И ахнешь сам: как будто на портрете
почти столетней давности дитя.
И встанет где-то сбоку кто-то третий
(ключом в замочке шаря и вертя).

Открыться – это словно отыграться.
Самосмотрители храбрятся зря.
И вот я в горестях словообрядца
горю от слов, навзрыд их говоря.

7 сентября 1965

ПЕТРОПАВЛОВСКИЙ СОБОР

На чухонском камне и трясине
бесновался царственный топор.
По монаршей дарственной Трезиний
прямо к небу выводил собор.

В Гаге, Копенгаге и в Стекольне
бомбардиру дикому Петру
тихо откликались колокольни,
стоя на предутреннем ветру.

И на грани ветхого рассвета
прямо в космос на какой-то съезд
ангел улетает, как ракета,
ставя на земном пространстве крест.

NOMINA

Я усумняюсь. Пристальные львиные слова
глядят, и каждое – зубастый заголовок.
У тел их тысячи изгибов и уловок,
в дремучей гриве затерялась голова.
Как несмысленыши-котята затаясь, сперва
они хотят играть с душою, как с бумажкой,
потом, вытягивая когти лапы тяжкой,
взрослеют мысли, густы как трава,
где вещь ползет смешной и вшивою букашкой.
И каждый звук – как зуб, и каждый смысл – как коготь.
Все пробуют предмет колоть и болью трогать,
чтоб он об имени своем от муки завопил
и с воем сорвался с орбиты крестной. В клещи,
и в клювы, и в тиски словами взяты вещи.
Идет звериная игра гвоздей, крюков и пил.
Я, плотник, вижу крохотных вещей страданья
в зверинце, где рычат их наименованья.

1941


ПОТОК ПЕРСЕИД

Ночь плачет в августе, как Бог, темным-темна.
Горючая звезда скатилась в скорбном мраке.
От дома моего до самого гумна
земная тишина и мертвые собаки.

Крыльцо плывет, как плот, и тень шестом торчит,
И двор, как малый мир, стоит не продолжаясь.
А вечность в августе и плачет и молчит,
звездами горькими печально обливаясь.

К тебе, о полночи глубокий окоем,
всю суть туманную хочу возвесть я,
но мысли медленно в глухом уме моем
перемещаются, как бы в веках созвездья.

1945

АРКА ЧЕВАКИНСКОГО

Вечер встал закатом бледно-алым,
а над ним под небом голубым
под Екатерининским каналом
в арке встал краснокирпичный Рим.

Арка – что громоздкая повозка.
На ее вершине, зелена,
триумфально зыблется березка,
выросши из каменного сна.

Трещина разламывает своды,
и простор уходит под дугу,
и текут закаты, точно воды,
на обитом камнем берегу.

Проклиная климат этот свинский,
на Петровы замыслы сердит,
как патриций, Савва Чевакинский
на березку майскую глядит.

14 декабря 1980

Subscribe

  • (без темы)

    . * * * Щемящие сумерки позднего лета и дом по-осеннему пахнет мимозой… а память хоронит, не выдав секрета, неведомый отзвук, уже…

  • (без темы)

    . * * * С пышно развевающимся флагом, Точно броненосец по волнам, Точно робот, отвлеченным шагом, Музыка пошла навстречу нам. Неохотно, не…

  • (без темы)

    . * * * Тихо сердце, как осень горит словно в красное зеркало леса загляделось, не чувствуя веса, с отраженьем своим говорит. Тихо сердце, как…

Comments for this post were disabled by the author